Образ венгерского короля Матиаша Корвина в народном фольклоре

Анализ фольклорного творчества любого народа служит своеобразным мостом между историей и живой устной традицией. Рассмотрение образа какого-либо правителя интересно изучать в контексте исторической памяти о нем, это раскрывает нравственный аспект фольклорного творчества, формы его проявления, показывает способ гармонизации отношений человека с действительностью на определенном историческом этапе.
В венгерских народных сказках наиболее распространен цикл о короле Матиаше Корвине из династии Хуньяди – государя эпохи Ренессанса (правил в 1458 1490 гг.), одной из крупнейших фигур венгерской истории. Король Матиаш – создатель Черной армии, был не только успешным командующим и дипломатом, но и интеллектуалом, владельцем одной из крупнейшей в Европе библиотек. Территория Венгерского королевства, которой правил Матиаш во второй половине XV в., включала еще и славянские земли: Словакию, Словению, части Богемии, Сербии, Закарпатской Украины. Венгрия в те времена успешно справлялась с ролью щита Европы от угрозы турецкого завоевания.
Упоминание цикла о короле Матиаше появляется уже в 1559 г. в книге Иштвана Бенцеди Секея «Хроника достопримечательностей событий во всем мире», затем в «Хронике деяния венгров» Гашпар Хелтан в 1575 г., причем автор последнего различает устную традицию и приводит в качестве примера цитату о короле из труда придворного историка Матиаша – Антонио Бонфини. То есть не прошло и ста лет после кончины короля, как литературное мышление уже различало устную традицию и историографию. Первый сборник венгерских народных сказок был составлен только спустя 200 лет дворянин Иштван Сильц в 1789 г., где также были сказки и шванки о Матиаше. В сборнике «Венгерские пословицы и достопамятные изречения» монаха Андраша Дугонича (1740-1818 гг.) приводятся легенды и анекдоты о короле Матиаше. Первое печатное издание венгерских сказок вышло на немецком языке – в Вене в 1822 г. (Венгрия тогда была в составе Австро-Венгрии). Автором был Дьёрдь Гаал, библиотекарь князей Эстрехази, и его сказителями были солдаты расквартированного в Вене венгерского гусарского полка: по приказу своего командира полковника Мариарши, они должны были записывать по памяти героические сказки. Позже на волне национального подъема публикуется еще несколько сборников сказок, где встречается упоминания о короле Матиаше.
Легенды о Матиаше Справедливом выражают желание возвращения времен его правления, выражение «Матиаш умер – умерла справедливость» есть в фольклоре не только венгров, но и словен и карпатских украинцев. А народная память исторической области Далмации хранит его образ в народной песне с XVI в. В XIX в. во Львове издан сборник сказок о Матиаше, также легенды о короле присутствуют в народном эпосе румын, словаков, лужичан.
Мистифицированное представление о короле у венгров и словаков проявляется представлении о Матиаше как о защитнике земли – «Придет день, пробудится Матиаш от вечного сна. У его могилы вырастет зеленая липа, от полуночи до часу будет заливать всю окрестность сладким благоуханием. А через час липа засохнет. В Юрьев день повесит на нее Матиаш свой щит, и тогда липа снова зашумит листвой! Потом Матиаш приведет свое войско на равнину, разгромит и уничтожит всех врагов, изгонит со света неправду, и опять наступит золотой век». В другом варианте Матиаш сидит со своим войском в горе, но в час беды он выйдет и скажет «Всяк, кто достоин называться мужчиной, возьмется за оружие. И стар и млад — все поднимутся защищать свое отечество. И такая нагрянет сила, что людям в спешке будет не до воинских доспехов — побегут в чем есть. А коли кто выронит в бою хлеб, сосед ему скажет: «Не ищи, брат, пусть его валяется. Скоро будет вдоволь и хлеба и всего прочего». В данном случае образ короля связан с надеждой, он представлен в роли защитника интересов страны.
Часть легенд переносит характерные черты библейских персонажей на короля – Матиаш словно мудрый царь Соломон справедливо награждает своих подданных в сказке «Певчий из Цинкоты» — дарит золото за добрый поступок, в притче «Только раз была в Буде собачья ярмарка» — наказывает за жадность. А история «Король Матиаш и паренек» является анекдотической иллюстрацией «Второго послания к фессалоникийцам» — «кто не работает, тот не ест», причем Матиаш готов проучить даже своего ребенка в угоду справедливости (народное представление приписало Матиашу дочку, хотя на самом деле у короля был только один сын Янош Корвин).
В сказке про золоторунного баранчика, где Матиаш, безоговорочно доверяя своему подданному, выигрывает спор с чужеземным королем, отсылает нас к историческим фактам – интенсификации дипломатических связей Венгрии с другими европейскими странами в XV в., и необходимость постоянного повышения статуса Венгерского королевства. Литературное приукрашивание доходит до того, что король ставит на кон полкоролевства, но благодаря честности простого венгра, выигрывает спор. Своего рода это проявление идеологического влияния XIX в. – периода, когда была записана данная версия сказки – Венгрия стремилась выйти из состава Австро-Венгерской империи и на фоне национального подъема возвеличивалась роль отдельного гражданина.
Смешение образа короля Матиаша и национального героя Венгрии XIX века Лайоша Кошута проявилось в сказке «Лайош Кошут и господа дворяне». Первоначально эта история входила в цикл о короле Матиаше (у славянских народов о короле Матвее), однако в связи с изменением устной традиции после событий Венгерской революции 1848-1849 гг. образы двух вождей сливаются и Лайош уже произносит слова Матиаша о том, что в первую очередь народ должен пользоваться благами, потому что он их и производит: «… кому ж пить сок винограда? … тому, кто землю мотыжит, а кто сидит – ногами болтает, пусть радуется, если ему хоть капелька перепадает».
Таким образом, в средние века и раннее Новое время обеспечение общественной поддержки венгерской короне могло осуществляться через сравнительно недорогой и эффективный способ — сыграть на символических представлениях народа (героический, библейский), и перенести положительный образы на правителя. Мистифицированный образ правителя Матиаша и его мессианская составляющая в Венгрии прочно вошли в фольклор соседних народов. Говоря о целенаправленном сборе фольклорного материала, в Венгрии, как в любой другой стране, допускается литературная «правка» сказания, то есть публикация представляет собой стилизацию оригинального текста, с элементами приукрашивания или сглаживания.

////Научная статья Третьяковой О.С. в журнале «СИМВОЛ НАУКИ» 2017 г. ссылка на источник

Please follow and like us:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *